1. Во всем мире сегодня готовится большой правый поворот – не как следствие заговора, а в силу объективной логики сложившейся мировой ситуации. В этой ситуации современные левые силы – те, что на поверхности, те, что определяют облик левых в современном мире и определяют левое движение, по крайней мере, в России -  объективно играют, к сожалению, провокационную роль: по глупости или иным причинам они подыгрывают правым, играют в их игру. В этом меня убеждает сложившаяся тактика и стратегия левого движения.

2. Стратегия –  дальнодействие, тактика – близкодействие. Г. Лукач определил сталинизм как подчинение стратегических целей – тактическим, что характерно для всякого прагматизма. Например, расправившись с Троцким и троцкизмом самыми простыми и эффективными в крестьянской стране способами (фальсификация, перерастающая в репрессии), Сталин достиг намеченной цели, СССР встал на ноги и победил в мировой войне. Но проиграл, как и всякая ложь, как всякое мировое зло, на «длинной дистанции»: созданная Сталиным партия расправилась с ним (по словам Лукача, Хрущев критиковал Сталина теми же методами, как Сталин – Троцкого), а затем привела СССР к бандитскому капитализму.

3. Важно понять, что преобладание подобной тактики над стратегией – это определенный синтез ложных полюсов: практицизма вместо истинной практики, и романтизма вместо революционной мечты и революционной стратегии. Крайности, как известно, сходятся. Истинная (а не «золотая», мещанская) середина предполагает синтез верных полюсов, а не крайностей.

4. Вопрос о формировании революционной стратегии в соотношении с трезвой тактикой принял в условиях 30-х годов форму литературной дискуссии о романтизме. «Течение» Мих. Лифшица и Г. Лукача опиралось на безусловно отрицательное отношение и Гегеля, и Маркса к романтизму. Романтизм, как реакция на Французскую революцию и Просвещение, в целом реакционен, согласно азбуке марксизма. В форме благородной мечты о духовном и высоком романтизм возрождал на деле идеалы средневековья и культ собственной творческой личности. Еще Гегель доказывал, что за «благородным сознанием» скрывается низость и подлость. Романтика сталинских идеологов скрывала за собой самый низкий и подлый обман народа,  романтики в литературе и жизни А. Фадеев и В. Вишневский отправляли своих оппонентов в концлагеря, прибегая к методам самой чудовищной фальсификации и лжи.

5. Дальнодействие идей Сократа или Христа не было романтикой и гегелевским «благородным сознанием» - согласно Гегелю, оба являлись революционерами, а не романтиками. Раннее христианство – противоположность романтизма потому, что в ложной идеалистической форме в нем скрывалось много истинного (идея равенства всех народов), и за это истинное первые христиане отдавали свои жизни. Романизм – это благородная идеологическая форма, за которой скрывается реакционное содержание (в романтизме XIX в. – презрение к народу как быдлу и культ стоящей над толпой одинокой и непонятой субъективности).

6. «Вехи», как и все реакционные идеологические явления ХХ века, включая фашизм, довели до логического конца то реакционное начало, которое формировалось в романтизме. По форме презрение «веховцев» к хаму и обывателю было благородным, по сути оно являлось страхом перед революционным восстанием масс, презрением к народу вообще. Анти-обывательская риторика левогегельянцев именно по этой причине была подвергнута уничтожающей критике Марксом. В своем анализе «Парижских тайн» Э. Сю Маркс раскрыл низость «благородного сознания» борцов с обывателями, и показал, что многие обыватели и даже преступники из низов гораздо выше представителей романтического «благородного сознания». Почему?

7. Обыкновенные люди ведут борьбу за выживание, рожают и выращивают детей своим честным и тяжелым трудом, производя реальные материальные ценности. Тогда как представители «благородного сознания» и борцы с хамством нередко производят ложные духовные ценности, живут явным или тщательно замаскированным обманом народа. Важно понять, что даже «тупость» низов – протест, причем, более серьезный и глубокий, чем все филиппики «благородного сознания». Еще более важно понять, что тупость и глупость низов, как и всякий протест, принявший ложную форму, укрепляет власть угнетателей. Воровство тоже род социального протеста, но богатый и жулик – две стороны одной медали, доказывал Ленин.

8. Революционная стратегия заключается в том, чтобы придать глубокому и справедливому протесту низов против угнетения верную форму, избавив от всех видов ложного протеста. Напротив, цель социальной реакции во все времена – превратить справедливое возмущение в ложный протест, от культа обывательской тупости, черносотенства – до рафинированного иррационализма «философии жизни», ницшеанства,  экзистенциализма и авангардизма в искусстве. Суть авангардизма («левизны») в революционном движении: романтизм «благородного сознания», требование, чтобы все были героями и приносили жертвы, - это на одной стороне медали,  а на другой – низость «шкурного» интереса, что стало очевидным в господствующей идеологии и практике сталинской эпохи. В одном произведении А. Платонова сельский активист, загонявший всех палкой в колхозы и скорбевший о несовершенстве человеческого рода, съел последнего оставшегося в деревне петуха. Марк Захаров, создатель романтического фильма «Барон Мюнхаузен», уже открыто, не стесняясь, поддерживает бандитов (не в переносном, а в прямом смысле) за что получает награду с их стола.

9. Массовый протест образованных людей Запада против грабительского и развращающего народы глобализма – это новое и многообещающее, революционное в своей потенции, движение. Стратегия правых заключается в том, чтобы придать этому протесту ложную форму – хулиганского бунта молодых бездельников и извращенцев. Тактика правых при этом разнообразна, но сводится к старым методам провокаций и фальсификаций. Усилиями масс-медиа создается ложный образ этого движения: на всех экранах мира как через увеличительное стекло демонстрируются акты вандализма и хулиганства, но тщательно скрываются истинные лозунги и содержание этого движения, направленные на сохранение основ нормальной человеческой жизни, народной культуры, таких ценностей как любовь, товарищество, семья (молодые родители выходят на демонстрации с маленькими детьми, которых везут на колясках). Я собственными глазами видел на демонстрации альтерглобалистов в Афинах, как 50-60 молодых людей в черных масках стали громить витрины, поджигать автомобили, а затем, когда демонстранты, взявшись за руки, не пустили их в свои ряды, стали кидать камнями в демонстрантов-альтерглобалистов, тяжело ранив в голову несколько человек. Все это совершалось на глазах большого количества полицейских, которые, пустив газы на демонстрантов, спокойно смотрели на убегавших хулиганов. Перед демонстрацией, на Социальном форуме я говорил о той роли, которую играют эти провокации, о том, что нельзя допускать их. Ведущие Социального форума, при всем их плюрализме, не давали мне слова, проявив при этом железную твердость и волю. После демонстрации Б. Кагарлицкий признал, что мои опасения имели основания, многое действительно, по его словам, напоминало провокацию. А вывод?

10. Никаких выводов руководство альтерглобалистского движения не делает. На последней демонстрации альтерглобалистов в Мальмо в первых рядах шли проститутки с лозунгом: «Sex-work is Right! Now!» Какой подарок для правых! Ничего даже фальсифицировать не надо, сами альтерглобалисты провозглашают, что они – гомики, проститутки, хулиганы, наркоманы и извращенцы всякого рода. Остается только бросить обывателю лозунг – бей этих гадов, которые хотят развратить твоих детей! И западная масс-культура, заметьте, защищает семью, нравственность, порядок (таковы голливудские фильмы, в которых хорошие парни действуют против плохих) – на словах, конечно! Ибо Маркс доказывал, начиная с «Коммунистического манифеста» - это вы, консерваторы и реакционеры, разрушаете основы человеческого общежития, вы извращаете и любовь, и товарищество, и семью, вы разрушаете культуру в ее классических образцах, а революция – «сила хранительная», писал Герцен в «Письмах к старому товарищу», присоединяясь к Интернационалу Маркса.

11. Между тем, есть и хорошо известна революционная тактика, которая препятствует провокациям правых. Ленин доказывал, что марксисты должны выступать в поддержку не только пролетариев, но всех несправедливого обиженных – от религиозных сектантов до профессоров университетов и студентов. Но отсюда не следует, что марксисты должны поддерживать религиозные идеи, профессорскую идеалистическую философию и так далее. После Октябрьской революции законодательно было отменено судебное преследование гомосексуалистов, если они сами не нарушают закон. Но не было разрешено пропагандировать гомесексуализм! П. Сорокин демагогически доказывал в те годы, что советская власть разрушает семью и нравственность, ссылаясь на упрощение бракоразводного процесса. Его тактика была подхвачена фашистами в Германии, которым удалось напугать немецкого обывателя, отождествив коммунистов с гомосексуалистами, «еврейским капиталом» и т.д. Однако в России черносотенцы не получили подарка от коммунистов, им не удалось в глазах народа представить революционеров хулиганами и извращенцами, хотя попытки предпринимались в этом отношении немалые. Не удалось потому, что Ленин четко отделил гражданский вопрос, гражданские права всех граждан, в том числе сектантов, гомосексуалистов, поклонников самых разных философских идей и верований – от идейного вопроса, в котором компромисса с ложными идеями не допускалось.

12. Почему в альтерглобалистском движении эта демократическая стратегия и тактика не соблюдается? Одна из причин – господство постмодернистского плюрализма над революционной демократией. Плюралистическое многообразие оказывается на деле нетерпимым к истинным лозунгам этого движения: жизнь – не товар, любовь – не товар, искусство – не товар. Почему бы не принять такого простого и такого демократического решения: несите любые лозунги, защищайте любые идеи, которые не противоречат главным идеям альтерглобализма! Разве возможны на этих демонстрациях такие, например, лозунги, как «глобализм по американски – это спасение цивилизации» или «да здравствует империалистическая война и насилие богатых над бедными!». Но почему же допустима проповедь хулиганства, проституции, гомосексуализма и лесбиянства? Проституткам надо объяснить: когда ваши гражданские права нарушаются, мы будем вас защищать, как всех несправедливо обиженных, но лозунг нашего движения: любовь – не товар! И мы будем приветствовать, если на наших демонстрациях проститутки будут, как Соня Мармеладова, Катюша Маслова и Кабирия, протестовать против превращения любви в товар. Но мы не разрешаем нести лозунги, извращающие суть нашего движения.

13. Я ставлю вопросы: 1.допустимо ли хулиганство в протестном демократическом движении? 2. Допустимы ли лозунги на демонстрациях, открыто или завуалировано противоречащие сути альтерглобалистского движения? 3. Подлинная свобода и многообразие вырастает из постмодернистского плюрализма или из диалектического единства?

14. Если мы, представители «Альтернатив» - не дискуссионный клуб, а реальное движение, то в этом случае: а) вырабатывается общая позиция по решающим, главным стратегическим вопросам и соответствующая ей тактика; б) мы отстаиваем эту нашу общую позицию в наших практических действиях, строго следя за тем, чтобы наша общая выработанная позиция не извращалась и не подменялась на прямо противоположную.

15. Эти элементарные демократические принципы не соблюдаются ни в движении «Альтернатив», ни в современном левом движении вообще. При всем своем плюрализме оно совершенно не прозрачно: массовые участники движения не знают его руководства, не могут его контролировать, источники финансирования не ясны, общая стратегия и тактика не вырабатывается, все топится в бесконечных разговорах на Социальных форумах, превращающихся в пустую говорильню, в постмодернистское «пространство говорения». А. Бузгалин, яростный противник постмодернизма в теории, удивительно терпим к нему на практике.

16. Общий вывод: романтические и благородные устремления левых, во всяком случае, их лидеров и координаторов, на практике оказываются вольной или невольной помощью правым, облегчающим для последних их главную стратегическую задачу – превратить массовый демократический протест в хулиганство и иррациональный бунт, который, как известно, служит усилению репрессивных по отношению к народу режимов.

А.В. Бузгалин, доктор экономических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова

Романтик – тот, кто предлагает идеал будущего. Он может предложить утопии и теоретически обоснованные стратегические цели. Эти утопии и цели могут быть реальными и прогрессивными в той мере, в какой мы выдвигаем в основном соответствующие критериям прогресса стратегические цели – мы романтики-теоретики, ставящие цели прогресса. В той мере, в какой мы практически содействуем реализации, мы – прогрессоры. Есть угроза того, что стратегически правильные цели приведут к поражениям и преступлениям  в тактике. Чем точнее, ближе к ценностям прогресса романтические цели, тем адекватнее им средства, тем более организован и адекватен в своих действиях этим целям социально-политический субъект, тем меньше эта угроза.

Обывателя, конформиста, живущего частным интересом, в том числе из среды интеллигенции, романтик может возвышать до социального творца; консерватор, реакционер трансформировать в хана, активно противодействующего прогрессу.

Теоретики левого движения, в том числе альтерглобалисты, как раз нашли ответ на вызовы коренных социально-политических интересов крестьян (МСТ в Латинской Америке), наемных работников (движение безработных), интеллигентов (образование и т.п. движения); движения за права человека, экологические организации. Именно поэтому они оказались  мотором многомиллионных движений. И именно поэтому, что эти реальные движения, массовые движения, возвышающиеся себя до социального творчества, они не могли не поднять «пену».

Именно поэтому они открыты и основаны на низовой демократии, они не запрещают, хотя и критикуют (возможно, недостаточно жестко) эту «пену».

В целом, так и не понять в чем слабость идей и романтических (стратегических) целей, идущих от Маркса, Грамши к Лукачу, Лифшицу, современным теоретикам. Среди классических теоретиков идут большие  споры, но мы еще не имеем столь значительных результатов, как Маркс, Лукач, Грамши, но вопрос не огульном отрицании всех левых теоретиков, а в поиске истинности, изобретательности.

Конечно же, остается открытым вопрос об угрозе вырождения социального творчества в волюнтаризм, но это вопрос уже другой дискуссии.

А.А. Галкин, профессор, д.и.н, Институт социологии РАН

Основная проблема, которую мы были намерены обсудить - соотношение практической политики и целевых установок. Это в полной мере в докладе не прозвучало. Очень важно уяснить, что практическая политика является оправданной лишь в том случае, если она в большей или меньшей мере обеспечивает движение к целевой установке. Это очень важно иметь в виду левым, особенно в нынешней крайне сложной обстановке.

Б.Ф. Славин, доктор философских наук, профессор

Обыватель – это человек, который отвернулся от гражданских проблем. Частности можно допустить, но не делать их доминирующими.

Л.А. Булавка, доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Российского института культурологи

Проблема ложного и истинного образа будущего упирается не только в содержание декларируемых идеологем, но и в проблему насколько превратным является сознание того, кто воспринимает эти идеи. Это первое. Второе. Диалектика перехода «веры» в убеждение, на мой взгляд, может осуществляться через веру в общественную практику. Третье. Без осуществления практики невозможен прорыв из настоящих форм отчуждения, но не всякая практика хороша для этого. Здесь возникает проблема различения в ней прогрессивных и реакционных тенденций.
Четвертое. В любом случае эти реальные массовые движения обязывают левых теоретиков критично включаться в эти движения с целью снятия господствующих форм отчуждения.

А.А. Пригарин, к.э.н., заслуженный экономист СССР, Ассоциация марксистских организаций

Главный вектор альтерглобалистского движения – антибуржуазный. Не существует массовых движений, где нет «пены». Главный вопрос о компромиссах, я как лидер партии считаю, - это к какому отношению мы должны быть к КПРФ? По идеологии это правая партия, по политике – левая. Тактически мы с ними союзники. Это пример компромисса, но он весит на волоске.

Национальная Ассамблея – это союз с либералами. В экономике есть левые либералы. Политический либерализм – основа коммунистического движения вперед. Практика Национальной Ассамблеи – борьба против наступающего авторитаризма, попытка договориться по социальным проблемам. 

Ф.Н. Клоцвог, профессор, д.э.н., Институт народнохозяйственного прогнозирования

Методология разговора: почему мы говорим об абстракциях? Такая дискуссия неконструктивна, дискуссии должны быть предметными.

С.С. Дзарасов, профессор, д..э.н., Институт экономики РАН

Левые и правые по-разному относятся к существующему в обществе неравенству имущественному, социальному, национальному и всякому другому. Правые выступают за сохранение статус-кво. Левые хотят изменить жизнь к лучшему, а потому выступают за человеческий прогресс.

Дискутанты

Г.Ш. Аитова, аспирант Института философии РАН

Вопрос соотношения стратегии и тактики чаще всего находит свое разрешение в степени убежденности политических деятелей в своих взглядах. Тактика во многом связана с повседневным принятием решений, но ее оправданность должна определяться сколько не целесообразностью преходящих действий, а в ее постоянной соотнесенностью с ведущей политической стратегий. Как правило, этот момент и представляется самым сложным, поскольку грань между истинностью и заблуждением в оценке определенной ситуации зыбкая. И в связи с этим, делая конкретный выбор, политик, субъект общественных отношений каждый раз должен соизмерять ценность данного решения на данный момент с его  ценностью для будущего. На мой взгляд, здесь как раз и раскрывается и мера моральности политического действия и приверженность субъекта последнего собственным убеждениям. 

Если говорить о стратегии действий современных левых организаций, то я считаю, что тот союз с либералами, который проходит в рамках Национальной Ассамблеи, возможно целесообразен на конкретный исторический период. Однако, политическая практика способна не только соответствовать формуле «цель оправдывает средства», но и бесповоротно изменить заветной цели. В связи с этим остается открытым вопрос меры или окончательного политического выбора в совместных действиях с либералами.

Заключительное слово В. Г. Арсланова на семинаре в Думе:

Сначала – о методе полемики моих оппонентов, их логика такова: вы сказали, что все левые сегодня подыгрывают правым, но вы тоже левый, значит, вы тоже подыгрываете правым, то есть «все критяне лгут, сказал критянин». Однако Ленин, кажется, в 1901-м году написал: «людей – нет, и людей – масса». Можно ли с ним полемизировать таким образом: «Вы сказали, В. И., что людей сегодня нет, следовательно, и Вы не человек тоже!». Я сказал, что все левые ныне вольно или невольно играют в игру правых, но обращаюсь при этом к левым, полагая, что мы можем стать настоящими левыми, ибо вслед за Лениным могу повторить: левых в подлинном смысле сегодня людей нет, и левых людей – масса, их то и водят, к сожалению, за нос правые при попустительстве и преступном недомыслии левых координаторов и лидеров (которых массы в альтерглобалистском движении  в лицо не знают, и голоса которых за кулисами движения, их массы не слышат).

Второе. А. А. Пригарин сказал, что движение «Альтернативы» - это интеллектуальный центр левых в России. Нынешняя дискуссия меня убеждает, что этот центр мысли ничего знать не хочет. Никто сегодня не заинтересовался дискуссией о романтизме в 30-е годы, и я уверен, никто из присутствующих не обратится к серьезному ее изучению. Между тем, та точка зрения, которая мне сегодня противопоставлялась, полностью совпадает с позицией сталинских романтиков, создателей шедевров «социалистического (на словах!) реализма»: В. Ермилов, М. Храпченко, А. Фадеев, Вс. Вишневский доказывали в полемике с Лифшицем и Лукачем: романтика бывает разная, есть романтики революционные, хорошие, а есть романтики реакционные, плохие. А вот что им на это ответили Лукач и Лифшиц – это сегодня никому из присутствующих не интересно. Но есть факт – обратной стороной сталинской «романтики» был ГУЛАГ и метод самой откровенной и злобной фальсификации оппонентов. ГУЛАГ исчез, слава богу, но фальсификация процветает в современной интеллектуальной жизни.

Третье. Т. Краус в недавнем номере «Альтернатив» пишет, что результатом бунта 1968 года был правый поворот во всем мире, рейгономика и тэтчеризм. Сегодня левые делают все для того, чтобы превратить массовый демократический протест в громкую хлопушку, холостой, но пугающий обывателя выстрел, который позволит правым снова загнать человечество в старый хлев. Зачем у нас во время протеста против убийства С. Маркелова били витрины и поджигали, как говорят средства массовой информации, автомобили? Подумайте, пожалуйста.

Четвертое. Вы сказали, что всегда массовый протест связан с хулиганством. Хорошо, а что вы скажете хирургу, который по халатности отрезал у вас не то, что надо – и на ваше возмущение ответил так: в хирургии ошибки неизбежны! Вы скажете – формально хирург прав, а по сути его довод – это издевательство и безобразие! Почему вы с таким элегическим спокойствием относитесь к тому, что у нас на глазах губят массовое демократическое движение? Если правый поворот все же произойдет при нашем общем попустительстве, то кто мы тогда? Образованные обыватели, в лучшем случае.

Протестующие рабочие не так относились к своему движению, они были нетерпимы по отношению ко всякому проявлению хулиганства в своих рядах. Первое, что сделали рабочие в Париже 1871 года и в Иванове 1905 года – они железной пролетарской рукой навели порядок, сделали невозможным разбои, воровство и хулиганство.

Что мы можем и должны сделать сегодня? Прежде всего, помочь массам, даже обывателям, увидеть истинное лицо тех участников миллионной демонстрации во Флоренции, которые не помяли в городе ни одной клумбы и не бросили на улицах города ни одной бутылки. На наших глазах, вы помните, напуганный вначале обыватель, который закрыл на засовы все лавочки и магазины, увидев истинное лицо демонстрации, стал выносить из своих лавочек ящиками прохладительные (не алкогольные!) напитки, и началось настоящее братание на улицах Флоренции. Вот чего больше всего боятся правые.

А мы чего боимся? Бога мы не боимся, господа-товарищи, как написал когда-то Мих. Лифшиц. Нашего, марксистского бога мы не боимся. Но тогда ждите прихода черта, как предупреждал Мих. Лифшиц интеллигентов-авангардиствов накануне перестройки -  российской модели готовящегося ныне правого всемирного поворота.
Dixi.

После того, как тезисы доклада В. Арсланова появились в Интернете, на них поступили отклики московских  крайне левых художников-постмодернистов, и развернулась дискуссия, приводимая, без каких-либо изменений,  ниже:

Реплика А. Осмоловского:

По сути реакционная галиматья. Представить себе что в ходе демонстрации никто клумбу не помял по моему - это идеализм и романтизм в одном флаконе. Революция в "белых перчатках".

Если не давать ходить на демонстрации проституткам, геям, а так же всяким разным зеленым-правым-фермерам от всего "альтерглобалистского" движения останется разве что та самая кучка "хулиганов".

Но я честно говоря всегда к этому "альтер-гло-балд-истскому" движению относился крайне скептически. Это изначально никакая не альтернатива, так же впрочем как и "Альтернативы".

Проблемы левого движения заключаются не в "плюрализме" или излишнем "недиалектическом демократизме", а в глубочайшем сне рабочего движения. И отсутствии элементарной организации.

А организация отсутствует в том числе и потому, что т.н. "левые" не понимают искусства. И пока "левые" не смогут у правых отобрать понимание искусства никакой организации не будет.

Реплика В. Арсланова:

Вы представить не можете, но это – факт, что порядок во время демонстрации во Флоренции был удивительный, так же, как удивительна была атмосфера братства в Париже 1871 года, и в Иваново-Вознесенске 1905 года. Вы, как и известный персонаж М. Булгакова, видимо, к «необыкновенным явлениям не привыкли». Однако мою «клумбу», сиречь тезисы доклада, Вы привычно «помяли». Разве я за то, чтобы «не давать ходить на демонстрации проституткам, геям, а так же всяким разным зеленым-правым-фермерам»?

Привожу для тех, у кого есть глаза, слова из моих тезисов:«Проституткам надо объяснить: когда ваши гражданские права нарушаются, мы будем вас защищать, как всех несправедливо обиженных, но лозунг нашего движения: любовь – не товар! И мы будем приветствовать, если на наших демонстрациях проститутки будут, как Соня Мармеладова, Катюша Маслова и Кабирия, протестовать против превращения любви в товар. Но мы не разрешаем нести лозунги, извращающие суть нашего движения».

Д. Гутов:

Друзья!

В связи с ответом Арсланова Осмоловскому (см. приложение) хочу и я пару слов сказать.
То, что хулиганские акты во время выступления левых работают на реакцию, тут с Виктором Григорьевичем не поспоришь.
Но, как практически всегда у него, сложнейший теоретический вопрос подменяется публицистикой.
Суть вопроса в следующем: защита прав всевозможных меньшинств в нашем мире опирается именно на широчайший плюрализм (релятивизм). Почти все считается не извращением, но девиацией внутри нормы. (Надо думать, Арсланов с этим не согласен, он даже смело пользуется термином "извращенцы", правда, вроде как от лица буржуазного оппонента. В этом вопросе он сугубо темен).
Противостоит этому плюралистскому взгляду концепция отделения гражданского вопроса от идейного: гражданские права обиженных будем защищать, но с идеями будем бороться. Но, чтобы защищать чьи-то права, надо иметь для этого серьезное теоретическое основание.
Если, например, геи извращенцы, то, может их надо лечить, или изолировать?
То же самое с искусством.
Если авангардизм зло, то где доказательство прочное, что его надо показывать, а не уничтожать?
В этом вопросе у Арсланова вакуум.
Тут релятивизм-плюрализм всегда будут побеждать, (в тех местах, где уже не победил фундаментализм). На практике эта безосновательность, всегда будет впадать в ждановщину.
Арсланов сам с радостью констатирует: "После Октябрьской революции законодательно было отменено судебное преследование гомосексуалистов, Но не  было разрешено пропагандировать гомосексуализм!".
Попробуйте проведите теоретическую линию, почему преследовать нельзя, а запрещать пропагандировать можно. Чем эта теоретическая невнятица дальше обернулась для абстракцистов-пидерасов, думаю, всем памятно.
Проведем на секунду мыслительный эксперимент: Арсланов получает огромные, (но не бесконечные) деньги, чтобы создать мировой музей искусства ХХ века.
Как он будет отбирать туда работы руководствуясь своим принципом отделения гражданского вопроса от идейного (эстетического)?
Нетрудно представить. Извращенцы от искусства туда не попадут. (Напомню, что все, что не войдет в этот идеальный музей, считай, будет уничтожено (временем).
Убеждение, что все вопросы уже давно решены Гегелем, Марксом и Лифшицем, а теперь осталось их только в публицистику превратить ни к чему серьезному привести не могут.
Когда Лифшиц в советских условиях требовал отделить гражданский вопрос от эстетического, он боролся с репрессивным аппаратом государства за право свободно показывать авангард и свободно обсуждать его.
Сегодня эта задача решена и снята с повестки дня.
(Правда, борцы за гражданские права извращенцев могут таки добиться, что она вернется).
А вот эстетическая проблематика только выросла. В ней и лежит центр тяжести.

Вопрос, считать ли гомиков (по терминологии Арсланова) извращенцами, или нет, из этой же теоретической области, мягко Виктором Григорьевичем обойденный.

Итак, совершенно соглашаясь с Арслановым почти во всем, (конечно, работникам сексуального труда лучше помолчать, когда речь идет о том, что труд вообще не должен покупаться и продаваться), должен сказать, что самых базовых вещей его текст не то, что не касается, но даже не видит там проблемы. То есть проваливается.

Думаю, что-то такое и хотел сказать Осмоловский, говоря, что левые не понимают искусства и здесь есть большая неприятность.

А. Осмоловский:

Забавно, что Арсланов везде где ни попадя сует Булгакова. А кто такой в сущности Булгаков? Не более чем беллетрист (для чтения в метро и в отпуске). Но Арсланов ухитряется из него "общечеловеческие ценности" извлекать! Даже целую книгу написал. Это тоже самое что Высоцкого поэтом считать.
Дурной вкус - что он означает?
И может ли революционер обладать дурным вкусом (если он еще себя искусствоведом считает)?

Арсланов собственно типичный представитель брежневской деградации - тяжелейшего эстетического, политического, философского и проч. маразма.

Моя теория заключается в том, что маразм этот есть результат огромных потерь в Отечественной войне и серьезного надлома национального самосознания.

Ответ В. Арсланова:

Открыл утром почту – и вижу, опять придется отвлекаться на публицистику. Хотя она ныне почти лишена смысла, развитие приняло почти уже фатальный характер. И все же…

Хулиганство и дезинформация – альфа и омега всего т.н. «современного искусства», те его качества, лишенное которых оно просто лопнет как мыльный пузырь, хотя бы только потому, что мгновенно иссякнут финансовые потоки, дающие ему жизнь. Это не значит, что господин Осмоловский хулиганит (довольно пресно, впрочем, без фантазии), только имея в виду получение премии им. Кандинского – нет, он хулиганит из любви к искусству и по требованию своего «хорошего вкуса». Дезинформатора поймали за руку (Осмоловский приписал мне желание изгнать проституток из альтерглобалистского движения, когда речь у меня шла о другом – об условиях, на которых не только проститутки, но и все мы можем в нем участвовать), а он в ответ – еще большее хамство и еще большая дезинформация. Когда такое не просто возможно, а стало нормой жизни – тогда, господа, не жалуйтесь… Вспомню Мандельштама (тоже уже, кажется, отвергнутого «хорошим вкусом») – не дай бог дожить до прихода кровавой справедливости, «бича божия» - «чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы, ни кровавых костей в колесе».Хотя, может быть, и доведется еще увидеть.

А пока только о «хлипкой грязце».

Отвечаю на прямой вопрос господина Гутова. Предположение, что я получил бы очень большие деньги равносильно тому, что мне кто-то дал бы очень большую власть. Предположение, в современных условиях лишенное оснований. Я уже говорил, что все книги Лифшица выходят только каким-то чудом, Лифшиц, поддерживаемый деньгами и властью сегодня возможен только в постмодернистском варианте.

Итак, позиция создателя «Института Лифшица» Гутова: «Суть вопроса в следующем: защита прав всевозможных меньшинств в нашем мире опирается именно на широчайший плюрализм (релятивизм). Почти все считается не извращением, но девиацией внутри нормы».

Дмитрий Геннадиевич не затруднился сравнить этот свой центральный теоретический тезис с тотальной критикой плюрализма в статьях Лифшица, ибо при таком сравнении все сразу встает на свои места, и «Институт Лифшица» тоже занимает соответствующее место в современной идеологической жизни. Или процитированная выше фраза – не позиция самого Дмитрия Геннадиевича? И так его можно понять, и эдак. Одной рукой не поймаешь, как говорил Сократ, надо ловить двумя.

Д. Гутов вопрошает, как отделить идейный вопрос от гражданского? Есть вопросы, которыми любого можно поставить в положение оправдывающегося. Не потому, что ответа на них нет, а именно потому, что ответ хорошо известен, и отвечать – значит, читать мораль коту Ваське. Прием эффективный и опробованный: «Что есть истина?» – спрошенный, если верить литературный источникам, промолчал.

Как отделить – об этом со всеми возможными разъяснениями Вы уже читали у Лифшица. Вы знаете, что борьба за свободу религиозных сектантов не означает, что мы должны стать религиозными сектантами, напротив, эта борьба за свободу сектантов означает, что со свободными от преследований сектантами мы можем вести разговор о религии, отстаивать свои убеждения в товарищеском споре – если сами сектанты захотят с нами говорить на эту тему. Но на общих демонстрациях против, скажем, первой мировой войны нести религиозные сектантские лозунги можно лишь в той мере, в какой они не противоречат общим целям движения против войны. Если бы кто-нибудь во время такой демонстрации пошел бы в колонне с черносотенными лозунгами («Бей жидов, спасай Россию!») – он был бы немедленно из этой колонны удален. Или следует, Дмитрий Геннадиевич, всем демонстрантам идти и под черносотенными лозунгами тоже, поскольку, как Вы утверждаете, в нашем мире сегодня «почти все считается не извращением, а девиацией внутри нормы». Каковы границы Вашей «нормы»? Вы пишите: «То, что хулиганские акты во время выступления левых работают на реакцию, тут с Виктором Григорьевичем не поспоришь». Значит, хулиганство вне вашей нормы? Значит, надо не жалея усилий, избавлять все современное левое движение от хулиганства?

Вроде бы так Вас можно понять, Дмитрий Геннадиевич… А можно и иначе, поскольку А. Осмоловский, он же Ваш, не правда ли? Так где же Вы, Дмитрий Геннадиевич? И с кем Вы? Понять не просто, в чем Ваша, без сомнения, сила. Вы и марксист- ленинец, и постмодернист, и поклонник Лифшица, и …

Вот образец Вашей логики, заключительные слова Вашего текста: «Итак, совершенно соглашаясь с Арслановым почти во всем, (конечно, работникам сексуального труда лучше помолчать, когда речь идет о том, что труд вообще не должен покупаться и продаваться), должен сказать, что самых базовых вещей  его текст не то, что не касается, но даже не видит там проблемы. То есть проваливается».

Всегда в таких случаях я вспоминаю незабвенного Паниковского: «Вы знаете, Шура, как я уважаю Остапа Ибрагимовича, но, между нами говоря, Остап Ибрагимович – дурак и свинья» (цитирую не точно, по памяти, но за смысл отвечаю).

Рискну предположить, что Д. Гутов на самом деле опасается – а вдруг все же власть (деньги) могут оказаться у Арсланова? Предположение явно беспочвенное, бояться нечего, а вдруг… Что тогда? Тогда нам (всей постмодернистской компании) явно не жить.  В музей Арсланова «Извращенцы от искусства туда не попадут. (Напомню, что все, что не войдет в этот идеальный музей, считай, будет уничтожено временем)».

Так вот, Вы правы, что опасаетесь. Если «Арсланову» (традиции, которую я защищаю) суждено жить, то тогда – не жить вам. Не потому, что вас, постмодернистов, не пустят в «идеальный музей». А потому, что реальных «музеев» в этом случае будет много, в том числе и для ваших тоже будет предоставлена свобода. В современной мире раздувают вокруг вас шум в в масс-медиа,  деньги на музеи и институты дают только вам, и вам подобным, даже если это подобие «навыворот» (каковы черносотенцы и  квасные патриоты, о тайном сговоре «двух церквей» писал всю свою жизнь Лифшиц, в этом главная тайна современного мира) А все равно справиться с нами, которых всего один – два человека, никак пока не получается. «Пасть открыта, а проглотить нельзя!»

Когда у всех будут равные гражданские права, когда моих аспирантов не будут выгонять с работы, к примеру, а на Лифшица (и Маркса с Гегелем) не будут безнаказанно клеветать – или просто замалчивать, как будто бы его и не было вовсе, тогда вам, постмодернистам, я думаю, действительно в «идеальный музей» не попасть – именно потому, что всем будет предоставлена и гражданская свобода, и материальная возможность создавать свои реальные музеи, организации, объединения. Потому что в «идеальный музей» никого и никогда никакие административные усилия, и никакие деньги поместить не могут. Вы об этом догадываетесь сами, хоть и надеетесь на другое. Ведь решать будем не мы с вами, и даже не Лифшиц с Марксом и Гегелем, а, как Вы верно пишите – «время». А что такое, это самое «время», что это за абстракция такая, которая, однако, все расставляет на свои места?

А вот что такое. На коротких дистанциях ложь и насилие всякого рода (включая тонкую манипуляцию и софистику) – почти всегда побеждают. Увы, это так было в истории. Но на длинных – ложь не почти, а всегда уже проигрывает. И это – абсолютная истина. В «идеальном музее» человечества вы не найдете ни одного «мелкого беса». Но для этого действительно нужна очень длинная дистанция…

Пора и мне сегодня вспомнить об этом, и заняться не господами Осмоловским и Гутовым, а пойти в «идеальный музей» и поучиться там уму-разуму у Платона и Демокрита.

Но хорошая получилась парочка – А. Осмоловский и Д. Гутов – лучше не придумаешь!

Д. Пименов:

Переживания насчет "огромных потерь"(вполне естественных)"серьезного надлома национального самосознания" попахивают дешевой публицистикой. Хрущевско-брежневский ревизионизм(вот научное название маразма о котором говорит Толя) - эта тема давно уже азбучная в подлинном ленинско-маоистком научно-революционном дискурсе, и безо всякого мракобесия типа "национального самосознания". Какое на х[…] национальное сознание было в интернациональном коммунистическом государстве, каковым являлся СССР до Хрущева?

А преувеличенная травма Великой Отечественной - это вполне Брежневская тема, достаточно посмотреть фильмы про ВОВ снятые в брежневские времена и сравнить с фильмами дохрущевскими. Естественно что ревизионисты должны были прикрыть гримасы капитализма реставрированного при Хрущеве и для этого бодяжили трагизм войны.

В-общем реплика моя глас вопиющего анархо-маоиста в пустыне мелкобуржуазного искусствочка.

А. Осмоловский:

В очередной раз доказал Арсланов свою полную невменяемость. Ни одной мысли! Сплошные беспочвенные обвинения. Я - хулиган, Гутов - лжец и все мы - постмодернисты-администраторы.
За хулигана защищаться не буду - хулиганил в начале 90-х годов - это правда. Но к постмодернизму имею только косвенное отношение ровно такое же как и сам Арсланов. (А ведь Арсланов - постмодернист, ведь что значит беллетристику уравнивать с высокой литературой? - это типичнейший постмодернистский жест).

Но самое забавное, что Арсланов по существу заданных по поводу его "воззваний" вопросов вообще ничего не пишет. Так зачем было тогда отвечать? Просто чтобы засветиться? Это мелко.

Гутов искушая Арсланова деньгами и музеем - поступил, конечно, жестоко, ведь власть и деньги (как атрибут власти, а не просто так) - это еженощный сон Арсланова. Ноет Арсланов: "не дадут ему денег и власти", но тут же и взывает к "небесам": "а вдруг дадут?" Проблема, конечно, тяжелая - киллограмм на 30 долларов!

Но ведь были у Арсланова и власть и деньги. При Брежневе. Он их потерял, так кто же второй раз давать будет?

Умилительны так же и "размышления" Арсланова насчет постмодернистского заговора в искусстве - это прям протоколы сионских (или каких там?) мудрецов. И это при том, что более изворотливые брежневские выкормыши типа Глазунова, Шилова и Церетели ставят свои "идеальные музеи" чуть ли не на горбу самого Арсланова. Но Арсланову почему то "постмодернисты" мешают. Почему? Да потому что у "постмодернистов" мысль имеется (какая-никакая), а Шилова Арсланов считает (по умолчанию) своим форпостом в мире разгульного "постмодернизма"

P.S.

Относительно потерь в войне. Между прочим не очень тривиальная, "материалистическая" мысль, что культурная деградация связана с последствиями войны. Мысль надо признаться не моя - она не оформленная гуляет по разным военно-историческим исследованиям. Вот когда говорят, что СССР закончился именно потому что Сталин к власти пришел - меня этот ответ удовлетворить не может. Потому как возникает вопрос: а Ленин революцию сделал потому что Николай второй - дебилом был?

Более правдоподобно как на первый так и на второй вопрос отвечать - война. Планомерное уничтожение людей, зданий и культуры приводит к глубочайшим проблемам в самоидентификации нации.

Не надо к словам привязываться. "Национальное самосознание" - это термин, который может быть употреблен вполне к многонациональным народам СССР. Он употребляется в военно-исторических исследованиях как термин обозначающий политическую, культурную целостность того или иного государственного объединения народов.

Но, Дима, а откуда взялся этот ревизионизм да еще Хрущевско-Брежневский (т.е. тенденция, ведь Брежнев пришел на смену ревизионисту Хрущеву с прямо противоположными идеями, ан нет все равно ревизионизм получился)? Не уж то заговор в Политбюро? Или за морем океяном?
Ревизионизм потому и получился, что война сломала моральный хребет сталинистам.

Но в целом данное рассуждение (относительно ревизионизма), конечно, родом из 60-х. И очень сомнительно.

Пименов, такое ощущение что ты с непальских гор сообщение отправил или из амазонских джунглей. Ты в Москве? Или куда уехал?

Относительно ревизионизма так и не понял. Откуда он взялся? Вроде Хрущев был чуть ли не правой рукой Сталина. Да и сам Сталин порадел на ниве уничтожения всех и всяческих ревизионистов. Но они как сорняки что ли растут безостановочно?

Относительно твоего "ррреволюционного стиля" ты сам в свое время писал удачную метафору. Ее можно к тебе применить: пытаешься подхватить свою молодость вместе с вываливающейся прямой кишкой.

Эта ррреволючинная истерика тоже результат деградации. В обществе тупости и равнодушия удается только по морде бить. Но бить по морде - это не выход. Нужно уходить от подобных искусов.

Ж. Фикс:

Дима, я ничего не знаю об Арсланове. К каким художникам он себя причисляет? Если бы ты мог дать несколько имен художников, которые бы оказались в его «идеальном музее», мне бы все стало ясно.

Д. Гутов:

Коли уж Арсланов отвлекся от Платона с Демокритом на полемику, и я отвлекусь.
Спора, конечно, не получается, но из уважения к читателям можно кое-что прояснить.
Когда я задаю вопросы, то это в основном вопросы, которые я задаю себе, и, часто, не имею на них окончательного ответа.
Мне интересно ответы искать, поэтому я и других спрашиваю.
Когда я написал: "защита прав всевозможных меньшинств в нашем мире опирается именно на широчайший плюрализм (релятивизм). Почти все считается не извращением, но девиацией внутри нормы", это не было формулировкой ни моей, ни чьей либо другой теоретической позиции. Это констатация факта: Защитники меньшинств строят все на этом фундаменте.
На каком теоретическом фундаменте строит свою защиту гражданских прав религиозных сектантов, голубых и авангардистов Арсланов остается загадкой природы. (Виктор Григорьевич и вопроса самого не слышит). (Сделаю отступление: я в свое время внимательно следил за полемикой в мусульманском мире по поводу уничтожения буддийских памятников талибами. Талибы опирались на то, что языческие изображения (а шире и всякие
изображения) должны быть уничтожены в соответствии с требованиями Пророка. Огромное количество мусульман им возражало. Приводились аргументы, что это испортит отношение к мусульманству в мире и т.д. Но ни одного теоретического аргумента, с опорой на букву и дух мусульманства, в пользу зашиты буддийских скульптур мне встретить не довелось).
Вопрос об идеальном музее мной был вроде сформулирован тоже довольно ясно. (Я, кстати, всем часто задаю вопрос, что вы будете делать, когда придете к власти? Ответ на него многое проясняет. Обычно он, правда, проясняет, какая каша в головах у людей борющихся за обновление мира).
Каковы критерии того, что по мысли Арсланова останется в истории искусства?
Чтобы в этом разобраться не нужны ни власть ни деньги.
То, что Лифшиц критиковал, он и рассматривал как искусство.
Поэтому и проблему он формулировал соответствующим образом:
"Почему давно вошедшие в историю искусства (хотим мы этого или не хотим) Ван-Рис, Пикабиа, Курт Швитерс и другие делали всевозможные коллажи и контррельефы из реальных вещей домашнего обихода, тряпок, механических
деталей, игральных карт, жестянок...?" ("Феноменология").
Вот эту фразу "давно вошедшие в историю искусства (хотим мы этого или не хотим)" Арсланов и не может понять.
Поэтому для него современное искусство и есть "хулиганство и дезинформация", "мыльный пузырь".
Всем, кто читал Михаила Александровича прекрасно известно, что с подобным вульгарным взглядом он сражался.
Есть у меня к вам Виктор Григорьевич и личная просьба: вы много лет письменно и устно называете меня постмодернистом.
Ну потратьте немного времени, чтобы разобраться с профессиональным употреблением этого понятия.
Тогда я, может, у вас начну как-то по другому называться.

Дорогой Женя, я думаю, Арсланов отождествляет себя с Тицианом, Репиным и из новейшего с Нестеровым.

Впрочем, спроси его напрямую.Твой вопрос, это, конечно вопрос художника.Мы по эстетическим симпатиям все определяем. И общаться можем только с теми, кто разделяет наш взгляд на природу искусства.

А. Осмоловский:

А я здесь "мысль" Арсланова пропустил относительно "финансовых потоков". Это авангард иссякнет без финансовых потоков? Что Арсланов не знает что сотни художников авангардистов ставших историей искусства умерли в нищете? А советский андеграунд? Это у него были "финансовые потоки"? Да и современное российское искусство если и получило скромные "потоки" то только в последний период "нефтяного бума".

О какой музейной демократии вещает Арсланов? Что в России или где еще в мире закрыты музеи "традиции"? Да во всей России нет ни одного внятного музея современного искусства! Это всем известно, кроме Арсланова. Даже по количеству галерей искусства думаю галереи номинальной "традиции" значительно превосходят галереи современного искусства. И современных художников при этом обвиняют в дезинформации!

А.О.

Реплика В. Арсланова:
Тексты, по-моему, говорящие – выразительная иллюстрация к моим тезисам доклада. Хотя кое-что все-таки прокомментировать будет не лишним. Дмитрий Гутов формулирует: «То, что Лифшиц критиковал, он и рассматривал как искусство». Помню, что во время своей первой встречи с М. А. летом 1968 года я спросил у него, считает ли он авангард искусством? М. А. ответил: «конечно, ведь это не изготовление сапог». Конечно, все это безобразие осталось и останется в истории искусства – как и акты вандализма, иконоборчество, разрушение памятников античности ранними христианами или современный вандализм мусульман. Правда, при этом могут быть не только хорошие, но даже очень талантливые и самоотверженные до героизма модернисты, писал Лифшиц, но не бывает хорошего модернизма. Кому доступно понимание этого и других реальных парадоксов, и кто хочет их осмыслить со всей возможной теоретической строгостью - того отсылаю к текстам М. А.

В истории философии остались те, кто убивали Сократа, клеветали на Лессинга, травили Спинозу – но в храм науки они не вошли, сохранившись для нас в памфлетах Канта, Лессинга, Вольтера, как мухи в янтаре. Каждому понятно, что в «идеальный музей» человечества никакая власть никого поместить не может – знают это все, даже Осмоловский, потому и бесятся, ведь каждый мелкий хулиган мстит всему миру за свое ничтожество. Одна из абсолютных истин человечества!

Последнее: «На каком теоретическом фундаменте строит свою защиту гражданских прав религиозных сектантов, голубых и авангардистов Арсланов остается загадкой природы. (Виктор Григорьевич и вопроса самого не слышит)» - спрашивает Гутов, ибо эта проблема ему, Гутову,   покоя не дает. На том самом, Дмитрий Геннадиевич, на котором возникла идея демократии (или пред-идея, первообраз ее, говоря словами Платона)  в истории человечества – еще в те древние времена, когда и понятия демократии не было, и о политической власти народа в классовом обществе речи быть не могло, ибо и классов тоже не было. Это идея справедливости, правды как основы человеческого бытия, еще шире – объективной истины, без них нет и не было бы ни древней мифологии, ни созданий человеческих рук, материальной культуры. Только, пожалуйста, избавьте меня от необходимости Вам отвечать, почему каннибалы не защищали гражданских прав авангардистов и религиозных сектантов!

Вы, конечно, прекрасно понимаете, что дело вовсе не в том, чтобы искать теоретические основы гражданских прав тогда, когда у вашего соседа по нарам блатари снимают ботинки (реальная сценка из Солженицына). Понимаете – потому и вопросы эти задаете. Я представляю себе такого «теоретика» в условиях ГУЛАГа. Зачем, мол, братцы, на блатарей искать управы, надо сначала с теоретическими основаниями понятия гражданских прав определиться.

Дмитрий Геннадиевич, я немало времени потратил на то, чтобы разобраться с таким явлением, как «постмодернизм», даже книгу об этом написал. Ограничусь словами М. А. о модернизме (которые вполне могут быть применены и к постмодернизму, поскольку он – разновидность модернизма): никто еще не дал окончательного научного определения рака, но все знают, что это такое. Правда, не все еще знают, кто такой, например, Вы, Дмитрий Геннадиевич, даже те, кто в теории знает, что такое модернизм и постмодернизм, кто в теории знает, что такое левое движение и чем оно отличается от правого.

Конечно, каждый человек в той или иной мере загадка, но рано или поздно она все же разгадывается. Мы-то уж с Вами, Дмитрий Геннадиевич, правильно и давно поняли друг друга, в самом главном, по крайне мере, - не будем лукавить.

Реплика В. И. Камышева:

Виктор Григорьевич,читаю "полемические материалы" к Вашему выступлению в Думе (…)
Попытки Гутова "провести более тонкую(по ср. с Осмоловским) «дифференциацию" и "применить диалектику" читать смешно.
А сам лауреат им. Кандинского - Вы будет смеяться! - умудрился меня разочаровать.
Я-то думал, что он, конечно, проходимец, - но всё же грамотный. А тут (…) и будто пьяный писал - "совокупление слепых в крапиве", одним словом.
И спорить с ЭТИМ - невозможно, конечно. Это как гвоздем забивать протоплазму.
Но это симптоматично, что они - сегодня - плюют в Булгакова...

Да, предтечи модернизма были интеллектуалами, а эти при смене обстановки вполне смогут трудиться на привокзальном рынке или борделем в Тамбове руководить...

 Д. Гутов:

Да, мысль Арсланова о финансовых потоках не самая сильная.
Очевидно, что он и понятия не имеет, как они функционируют, да и не
интересуется.
(Однако и его книги как-то выходят).
И ни одного примера, чтобы какого-то известного ему талантливого художника
запретили, он тоже не постарался привести.
Да и на вопрос считает ли он голубых извращением или девиацией, и почему
разрешать их можно, но надо запретить пропагандировать тоже не ответил.
Как всегда, зато цитаты из Понтия Пилата и Паниковского.

В. Арсланов:

Не плохой ход, бесспорно, нет, не согласен с В. Камышевым – не только борделем в Тамбове руководить могут, но и наивных людей, вроде меня, в бесплодное «поле говорения» тоже затаскивать умеют – задавая вопросы либо совсем не к делу, либо к делу, но скорее медицинско-диагностическому, психо-патологическому, либо такие, ответ на которые давно дан и им самим очень хорошо известен. Представьте себе субъекта, который вас спрашивает: это белое или черное? Вы говорите – белое, а он в ответ: это белое или черное? Вы опять говорите: белое. А он в ответ: это белое или черное? Наконец, вы отвечаете: все, больше не могу. А он: Ага, значит, не можете? Значит, ответа не знаете? Это белое или черное? – и дальше эта сказочка про белого быка продолжается к полному восторгу и торжеству задающего Вам вопросы.

Д.Г., ну разве не читали Вы в любимой Вами «Феноменологии консервной банки» как и какими финансовыми потоками этот мыльный пузырь создается? Очень давно и во всем мире? А у нас в открытую – с 1991 года, а в скрытую, когда интеллигенцию либеральную Запад покупал под видом… Нет, не буду больше, в самом деле, занят очень.

Последнее: хулиганят, конечно, обычно не за деньги, а из любви к искусству. Гениальное открытие «современного искусства» в том, что за хулиганство стало возможно деньги получить, а не презрение и отвращение.

НО если честно, господа, то еще раз вам всем большое спасибо.

Д. Гутов:

В чем основная проблема с Арслановым.
Он свои мысли самоделки, ничтоже сумняшеся выдает за идеи Лифшица (или за их
развитие).
Вот замечательный пример:
" Помню, - пишет Арсланов, - что во время своей первой встречи с М. А. летом
1968 года я спросил у него, считает ли он авангард искусством? М. А.
ответил: <<конечно, ведь это не изготовление сапог>>".
Ответ умный и совершенно ясный.
А вот развитие этого сюжета Арслановым:
"Конечно, все это безобразие осталось и останется в истории искусства - как
и акты вандализма, иконоборчество, разрушение памятников античности ранними
христианами или современный вандализм мусульман".
Но все здесь перечисленное никаким искусством не является и ни в каком
художественном музее никогда не окажется.
То есть для Арсланова, нет никакой разницы между работами Дюшана и актами
вандализма.
То есть мысль Лифшица об авангарде как искусстве, для него осталась за 7
печатями.
Но надо сказать, он в этом не одинок.
Подобным образом Лифшица прочитали и читают 99,9% читателей.

И что это за намеки, что мы загадку друг друга давно поняли?
Никаких загадок никогда и не было.
Мне ваши тексты никогда не нравились, (я их знал задолго до нашего
знакомства) и я это никогда не скрывал.
Помнится, в нашу первую встречу лет так 15-17 назад, я прямым текстом
сообщил вам, что думаю по поводу вашей книги "Миф о смерти искусства".
Тексты же Лифшица мне нравились и нравятся. Я читаю Лифшица по своему
разумению, и то, что нахожу ваши идеи (вроде приведенной выше, а в ваших
книгах им несть числа), не имеющими к Лифшицу никакого отношения, это
особенности моего мышления.
Ваше право считать это двуличностью или чем вам угодно.
(Вашу же издательскую деятельность я ценю высоко, и считаю важнейшим делом.
Читая Лифшица люди сами разберутся, в чем была его идея, и ни вы, ни я им
помешать не смогут).

Не надо так же публично переживать, что вас от Платона отвлекли на "поле
говорения".
Эту рассылку получают сотни людей. Причем очень разных. Не хотите свои мысли
до них доносить - ваше право.
Если же когда-нибудь захотите, то предлагаю не в остроумии изощряться, а
обсуждать расхождения в понимании Лифшица.

А. Осмоловский:

Лично я читал книгу Арсланова "Миф о смерти искусства" два раза. В 19 лет и два года тому назад. В юности она входила в обязательное чтение, но отнюдь не потому что там что-то Арсланов сказал - его тексты (особенно в этой книге) поразительно невнятны, бессистемны, беззубы, а потому что там приводились цитаты из Адорно. Все советские люди узнавали о "буржуазной" философии из подобных книжек. При советской власти был целый штат людей делавших себя на "интерпритации" чужих непереведенных искусствоведов и философов. В известной мере эта тенденция остается и по сей день, за тем исключением что уже давно можно прочитать оригиналы. Эта советская синекура закончилась. Арсланова это бесит. То у него была "монополия" на истину, а сейчас приходится вертеться, что-то свое выдумывать. Получается это у него прямо сказать не ахти как. Возмем например его труд-дайджест по западному искусствоведению. Работа была проведена громадная, конечно. Текст стал более внятный. Но проблемы со вкусом остались. Все что касается искусствоведения конца 19 начала ХХ века более менее, но дальше начинается что-то маловразумительное и опять же бессистемное. В этой книге не найти анализа классиков американского искусствоведения Гринберга, Фрида, Шапиро, Краус, Бухло, Кримпа зато там почему то появляется Деррида. Деррида, конечно, важный постмодернистский философ, но к искусствоведению отношения не имеющий. И ставить его в один ряд с Вельфиным - очень сомнительный ход потому как разные весовые категории, разные подходы (по глубине изысканий) к материалу...

Почему у Арсланова Вельфин вместе с Булгаковым и Деррида смешан? - проблемы вкуса, но не только. В основании лежит обычная воспитанная при Брежневе лень и неповоротливость. Ну попался Арсланову Деррида (было время на каждом углу это имя звучало) - он его прочитал - мозги вскипели (это видно из Арслановских комментариев) - и не отпускает Деррида Арсланова с той поры. В принципе на месте Деррида мог бы быть Делез (он был менее популярен в то время). Так что в скорости может Арсланов и до Делеза дойдет, а там глядишь и Агамбен подтянется вместе с Рансьером. Возможно лет через десять Арсланов возмет себе за труд прочитать Гринберга с Фридом и тогда впервые откроет для себя, что абстрактное искусство - это не мазня ослиным хвостом, а строгая система. Много чего Арсланову впереди предстоит открыть. Как говорила мне в 13 лет учительница по литературе: "Как я вам завидую, ведь впереди у вас чтение Достоевского и Толстого". В смысле познания закономерностей модернизма, постмодернизма и современного искусства Арсланов как тринадцатилетний тинейджер: открыты перед ним все дороги и много чего узнать предстоит.
Хотя можно в принципе оставаться в обсурантизме "вандализма и финансового пузыря". Для брежневского деграданта - это тоже выбор вполне естественный.

P.S.
Кстати что касается чтения "Мифа о смерти искусства" второй раз - а я было подумал, что возможно что-то в юности упустил - то книга эта меня не только разочаровала, но и возмутила - сейчас то Адорно доступен во всех видах. Вот уж кто занимался систематической дезинформацией при Советской власти так это Арсланов (и ему подобные, помню еще фамилию Кукаркина и Давыдова). Дезинформация, да еще невнятная, не острая - как сейчас выражается Пименов - типичный ревизионизм.

В. Камышев: Гутов-Осмоловский vs Арсланов-Булгаков

Так и не дождавшись внятного комментария к докладу Арсланова и настоящей полемики (а доклад этого заслуживает), решил не ограничиваться репликой, а высказать чуть более пространно.

Продолжаю считать, что с самими Гутовым, Осмоловским,  Пименовым и т.п. вести полемику всерьез и невозможно, и даже – вредно. Зачем этим мелким, вроде клопов,  «энергетическим вампирам» дарить свое время? Ведь подмена разума неразумием есть их «маленький бизнес» - именно свалив всё в одну кучу, смешав все смыслы в гомогенную фекальную массу, они создают ту самую консистенцию, в которой и ловят мутную рыбку.

Кроме того, их «внутренний мир» и личностный уровень уже пришел в соответствие с теми «принципами», которые они декларируют вовне, они вполне искренне исповедуют все эти антиценности – что видно хотя бы по безграмотному косноязычию того же Осмоловского: очевидно, что он находится вне культуры, поэтому дискутировать с ним о культуре людей, о Булгакове, Нестерове, Лифшице – бессмысленно.

Но есть же и добросовестно заблуждающиеся, есть люди (молодые, а порою и не очень), которые в искусстве ищут смысл, ищут (часто неосознанно) по-прежнему красоту и истину, но сбиты с толку пропагандистским цунами модернизма, постмодернизма, «имена же ты их Господи веси».

Приведу пару примеров прямо из жизни.

Одному знакомому, совсем даже не идиоту «по жизни», а бывшему депутату Госдумы, бывшему идеологу ныне тихо погружающей в Лету российской демократической партии, взялся я излагать эстетические взгляды М.А.Лифшица. И он такую реакцию выдал: «Нет, я с ним не согласен! Я – за модернизм! Моя любимая книга – «Мастер и Маргарита» Булгакова». Когда я пересказал политику меткие, тонкие и весьма положительные суждения Лифшица о Булгакове, которые цитирует в своей книге В.Арсланов, тот просто в шоке был; у него, по-моему,  в голове произошло маленькое землетрясение.

Другой пример. В известной интернет-«Википедии» читаю об одном из своих любимых писателей: « Джон Фаулз…Английский писатель – постмодернист…родился…умер». Тут уж я пережил шок. Кроме всего прочего, у Фаулза есть повесть «Башня из черного дерева», очень в России известная, в свое время опубликованная в журнале «Иностранная литература», причем в ту пору, когда это издание читалось всяким грамотным (или даже полуграмотным) человеком в стране. Так вот, повесть эта мне всегда казалась несколько более слабой, чем другие вещи писателя, потому в ней он как-то излишне публицистично, почти «в лоб»  нападает на модернизм. Фаулз – классический реалист, причем старавшийся писать (или просто у него так получалось, как и у Булгакова) понятно и увлекательно для массовой аудитории. При этом такие его вещи, как «Коллекционер» и «Червь» остаются удивительно актуальными, и, как мне кажется, до сих пор во всей глубине не понятыми. ( Еще не удержусь и скажу, хотя и неправильно такие вещи говорить скоровоговоркой:  «Мастер и Маргарита» Булгакова, «Волхв» Фаулза способны помочь человеку в его личной жизненной ситуации, корявые поделки «новаторов» типа гутовцев могут лишь подтолкнуть процесс превращения человека в «жывотное», здесь как раз связь между искусством и жизнью весьма простая и наглядная). 

Весьма любопытный момент, впрочем: гутовцы пренебрежительно отзываются о  Булгакове.  «Книжка для чтения в метро», «беллетристика». Но вот  не плюют же они  в Б.Акунина,  которого на деле и читают 99% пассажиров метрополитена, а даже отнюдь и напротив: достоверно знаю, что гуру российского постмодернизма Вяч.Курицын принимал активное участие в «раскрутке» Акунина ( а до того – менее удачных поделок Льва Гурского). Да и сам с некоторых пор пишет и издает под псевдонимом детективы  - впрочем, профессиональный уровень этих текстов ниже городской канализации, да и коммерческого успеха вроде бы нет. Но говорить о принципиальном неприятии постмодернистами (и в частности «гутовцами») современной «массовой литературы» вообще - не приходится.

Но они в этом вопросе проводят тонкую дифференциацию. И вот по какой линии.

В самом деле, ведь Булгаков – не Мураками, а Фаулз – отнюдь не Коэльо, хотя всех этих писателей издают массовыми тиражами. И даже Грэм Грин – совсем не то,  что Коэльо.  Не сравнишь с Булгаковым и В.Сорокина, а тем более П.Пепперштейна, которого, быть может,  Осмоловский считает «высокой литературой». 

Если для современных «авангардистов» типа «гутовцев» литература и искусство (точнее было бы в этом случае назвать их «текст» и «картинка») – игра, и непременно с глумлением над подлинной культурой, смыслами и вообще нормальными людьми, то для Булгакова, Фаулза, Г.Грина, при всей разности масштабов их дарований, то, что они писали – было поиском истины в реальном мире.

Поэтому Булгаков – совсем Сорокину не товарищ. Но и Коэльо он не товарищ, потому что убогие жизнеподобные схемы его не интересовали, и «проповедником» типа продавца бумажных иконок в электричках он не был. ( По сравнению с убогим Коэльо даже записные наши недавние «мастера соцреализма» типа Сартакова выглядят создателями полнокровных жизненных образов»). 

Но не только из-за этого так окрысились «гутовцы» против Михаила Афанасьевича.

Булгаков в конце концов стал по-настоящему популярен, массово читаем. «Гутовцы» считают, что этот факт убивает его творчество. На деле же это значит, что какие-то настоящие ценности, настоящий личностный опыт все-таки принят массовым сознанием, стал достоянием тысяч и тысяч людей. Это-то страшно и злит тех, чья цель – разрушение культуры и, в конечном счете, разрушение человека. А «массовость» разная бывает; Чехов тоже понятен, в общем, и школьнику, и даже Л.Толстой – впрочем, даже неприятно о том, что бы выплюнул тот же Осмоловский в их адрес…

У «гутовцев» важный в их «Операции «Дезинформация» пункт – уравнять глубокое  и ничтожное, содержательное – с пустым кривляньем.

Вот пишут они, что эстетический идеал Арсланова -  Глазунов, Шилов и т.д. ( нехотя и вскользь добавляется Нестеров).

При этом всё это – «чтение в мыслях», потому что сам Арсланов  «не огласил весь список» своих предпочтений.

Очень удобна для «гутовцев» жесткая дилемма: либо вы за «пошлых реалистов» типа Шилова и Глазунова, либо – за «единственную альтернативу» им, за «замечательные картинки» Гутова и Осмоловского.

А я, например, убежден, что Глазунов – постмодернист, правда, гораздо более мастеровитый, чем «гутовцы», много чему обученный. Шилов же – представитель мертвенного академизма. Но самое интересное – что вне « публицистики», столь хулимой и Гутовым, и Осмоловским, ни «картинки» Глазунова, ни «картинки» Гутова и Шилова никак обойтись не могут. На самом деле ВСЕ эти вещи значат ровно ноль без пресловутого «контекста» - историко-политических намёков у Глазунова, маячащего «за спиной» у картин Шилова «призрака беспредметности», без пространных квази-«философских» разъяснений у постмодернистов. Не говоря уже о том, что великое множество «произведений» современного модерна представляет собою радикальный сугубо политико-публицистический жест. Никакого отношения ни к образу, ни к искусству ничего из этого не имеет.

В то время как полотно, скажем, Брейгеля мы можем, конечно, разгадывать долго, рассматривая каждый фрагмент, - но захватывает первое и уже целостное впечатление: это – живое, это – жизнь! ( Определение образа и его отличие от модернистского «знака» и жеста  - отдельная тема, свое понимание, одно из возможных, я высказывал на одном из заседаний семинара «Архив М.А.Лифшица»).

Еще одна ложь – утверждение, явно или неявно присутствующее у «гутовцев»: ну, хрен с ним, Тициан, Репин…но сегодня всё что есть «новаторское», «новое» в искусстве – это «мы». Что касается литературы, кинематографа – об этом чуть позже скажу.

Но, увы, в сфере изобразительного искусства – ситуация и вправду грустная.

Я могу назвать имена талантливых художников, работающих в реалистической стилистике (в очень широких жанровых и стилистических рамках), по-новому открывающих нам окружающий мир, - и Шилов с Глазуновым тут «не пришей рукав», академизма и мертвечины в творчестве этих (и многих других!) российских мастеров в помине нет.

Анатолий Погребной, Людмила Цыбикова. Никогда не слышали? 

Правильно, никто не знает.

Это, если угодно, «случай Булгакова». «Народом» - достаточно массовым зрителем – их творчество принято и любимо, картины их покупаются, на их малой Родине ими гордятся,  но …как бы ничего этого для «современного искусства»  нет. В том смысле, что творчество этих художников не обсуждается «тусовкой», на «художественном рынке» их (как бы, или как пишут нынче в сети кагбэ) нет. Соответственно и выходит так, что  «пытливые юноши» с девушками  убеждены,  что когда-то там были Леонардо, Брейгель, Нестеров, а теперь есть только Осмоловский, Гинтовт-Беляев, Гутов и – как антипример – Шилов с Глазуновым.

Но это – искусственно созданная ситуация. Такой вот конкретными деятелями созданный «рынок», такие на нем «кураторы» - идеологи.

И как тут не скажешь: «Капитализм – дерьмо!». Потому что если бы не было имбецилов с большими деньгами, «спонсоров» с извращенной моралью и вкусами – не было бы и «гутовцев», и всего того дерьма, что не дает сегодня дышать нормальному человеку.

И тут мы выходим на важнейшую, по-моему, тему -  псевдо- «левизны»  отeчественных «супер-модернистов», в том числе «гутовцев». 

В сущности, современный либерализм – т.е. безумная, утратившая все позитивные (христианские, буржуазные, в общем человеческие) ценности «либерастия» вполне устраивает такого как Гутов (будем считать его идеологом этой шайки). Но, во-первых, он привык нос по ветру держать, а во-вторых, именно в мутной воде проворачиваются такие «Панамы»,  как прокат по всему его «картинок» и опусов Осмоловского. Поэтому – «стратегия напряженности»! До основанья, а затем – чего-нибудь мы вам  построим…

На самом деле, конечно, «гутово-осмоловцы» такие же «левые», как наци 30-х годов, как наиболее безумные из восхваляемых ими маоистов. Вершина этой «левизны»  - уничтожение талибами статуй Будды в горах Афганистана. Вот это «инсталляция»! Осмоловский завидует и отдыхает. Правда, вот помню, был такой французский сатирический фильм «Китайцы в Париже» в разгар маоизма – предполагаю, что попади в руки талибам Гутов с Осмоловским, те их на кол бы посадили – но это уже мелкие детали борьбы «гинтовтского» крыла с «гутовским» внутри постмодернизма.

Вообще же то, что «гутовцы» выдают себя за «левых» - большая опасность, потому что всё «правое», в том числе «правая» культура,  себя на сегодня  дискредитировало и вызывает справедливую ненависть миллионов и миллионов. Но то, что этим миллионам могут предложить «гутовцы» - не лучше…

При этом ведь на самом деле есть настоящее левое искусство – правда, расцвело сегодня  оно на Западе и по большей части в области кинематографа (видимо, здесь «противоположным жестом» сказалась такая в принципе неоднозначная черта киноискусства, как его зависимость от аудитории; кино не может не искать коммуникации с как можно более широким кругом зрителей, это не всегда хорошо, как и любая зависимость; но жизнь часто «идёт противоходом»). Имею я в виду всплеск нового мексиканского кино, раннее творчество фон Триера, и даже некоторые ленты, сделанные в Голливуде, прежде всего ленты П.Т.Андерсона – впрочем, это тема отдельного исследования, здесь лишь считаю важным подчеркнуть, что к настоящему  и реально существующему левому искусству Гутов, Осмоловский и братия никакого отношения не имеют, а само это искусство в лучших своих образцах вполне реалистическое по сути, ибо рассказывает о реальном человеке в реальном мире и исполнено сочувствия этому человеку и поиска нормальных человеческих ценностей. 

Завершая о конкретно «гутовцах»: думаю, что Гутов как человек если не более умный, то более начитанный (Лифшица читал!), может и мучается иногда – всё же не может осознавать, что он – бездарь, импотент в искусстве. Хотя, возможно, я и ошибаюсь, и слишком хорошо о нем думаю. Осмоловский же, на мой взгляд, существо на уровне дворовой шпаны – а то бы тоже мог мучаться: ведь реально он брат-близнец  фашиста Гинтовта или как там его, т.е. своего оппонента по «идейным спорам». 

Самое же для меня тревожное – отсутствие реакции на доклад Арсланова со стороны лидеров нашего «левого» движения. И именно «неформального» - реакция Г.А.Зюганова мне как раз  мало интересна. Но где Бузгалин или Кагарлицкий? (Впрочем, у Кагарлицкого как раз  слов всегда хватает на все случаи – но в нем, увы,  перефразируя Ленина, есть «что-то нехорошее,  от Лассаля от Гутова).

А. Осмоловский:

от типичный пример "мышления" и вкусов персонажей с Арслановского семинара. Текст без подписи потому не знаю кто таков. Они видимо там на семинаре уже давно друг друга по стилю письма определяют. И это еще самый продвинутый образец. Этот персонаж Фаулза читал, фамилию Пеперштейна знает! Другие и этого в багаже не имеют.

Подобные персонажи обвиняют художников в хулиганстве и хамстве. Кстати мамардашвиливская ветвь российской философии в лице Чубарова, Аронсона и Петровской не так уж далеки от данного типа восприятия искусства.

И. Чубаров:

Осмоловский - пока Ты не ответишь на заданные Тебе вопросы о "хаосе в головах" - советую не склонять мою фамилию. Я понимаю, что Тебе скучно одному на художественном олимпе вашей с Гутовым деревушки. Но ничем помочь не могу. Ваш уровень - это Арсланов. Вот и разбирайтесь с ним.

В. Арсланов. Заключение к дискуссии: ценный материал

Обращаюсь к тем участникам семинара, кого серьезно заинтересовали идеи Мих. Лифшица, кому близка его сократовская неистовость и презрение к интеллектуальному пустословию. По-моему, перед нами – я имею в виду выше приводимую дискуссию - ценный материал, который мы должны самым тщательным образом изучать. 

Смотрите, как А. Осмоловский,  спровоцированный репликой В. Камышева, а затем его текстом, стал превращаться из хулигана в эрудированного специалиста по современному искусству, сближаясь с образом рассудительного аналитика Гутова, а Гутов, наоборот, незаметно трансформироваться в Осмоловского (т.е. полемизировать по методу той торговки зеленью, логику которой замечательно передал Гегель в своем эссе «Кто мыслит абстрактно?»).  Осмоловский, доказывая, что он тоже книги читает и даже перечитывает, не поленился написать рецензию на мои опусы, причем, не хуже, чем рецензия известного либерального профессора МГУ В. С. Турчина –  по уровню эрудиции, правда, по степени фальсификации Турчин превзошел  Осмоловского (например, почтенный искусствовед приводил в своей рецензии дурацкие фразы, якобы мои, которых на самом деле в моей книге не было и быть не могло ).

Да, именно так – дезинформация и хулиганство как две ипостаси одного явления. Но это еще не модернизм, это его социальная основа, порожденная бурсацким бунтом, как разъяснял Мих. Лифшиц, обращаясь к повести Помяловского о бурсаках. Когда «культ силы, радость уничтожения, любовь к жестокости, жажда бездумной жизни, слепого повиновения» (Мих. Лифшиц), когда все эти необходимые составляющие бурсацкого бунта соблазняют мандаринов культуры, таких как Пикассо, тогда возникает удивительный феномен искусства, пожирающего искусство. И вот авангардисты нашего времени, все искусство которых – в искусстве дезинформации и разнообразных способах хулиганства, получают статус «единственных»,  они – в лучах прожектора. Почему же? Потому что управляемый бунт, разрушающий культуру – нужен современному государству, нужна толпа, охваченная холерным бунтом, ею легче управлять, чем нормальными людьми, которых на мякине не проведешь. Такова азбука, очевидная для всякого, кто читал Лифшица и Лукача.

Начиная дискуссию, я ставил другой вопрос и обращался не к явным авангардистам, а к тем, кто имеет статус серьезных, честно мыслящих ученых. И теперь, после дискуссии, мы, заглянув в это общественное зеркало, должны спросить себя – а не похож ли я, не похожи ли мы на этих господ? Не заражено ли этой бациллой левое движение вообще, альтерглобализм в частности?

Этот вопрос далеко не лишен смысла. Посмотрите, например, кому интересно, на способ аргументации таких учеников и поклонников Э. В. Ильенкова, как А.А. Сорокин и А. Д. Майданский, знатоков диалектики и марксизма (Майданский известный в научной среде специалист по философии Спинозы, которого он на латыни читает). Посмотрите материалы дискуссии о диалектике и теории отражения (они публикуются в «Альтернативах» № 1 и № 2 за этот год, а также материалы Ильенковских чтений, 2009) – и не всплывет ли перед вами то же самое явление?

Если и я прибегаю к таким же методам полемики, докажите это прилюдно, буду благодарен. Потому что и во мне, боюсь, модернизм еще не изжит (в школе имел кличку «нигилист» и бравировал своим тогда еще диковинным авангардизмом). Любое проявление зазнайства и «вождизма», претензия на всезнание – та же бацилла, и эту пакость, будем откровенны, не так просто из себя выдавливать.

Но без пиара-то сегодня не проживешь, не так ли? Ведь это реальность, с которой надо считаться? Нет, эта дорога заказана для тех, кто хочет сделать что-то серьезное и настоящее. Вот мое твердое убеждение.

Тем более (прав В. Камышев), что в борделе А. Осмоловский с Д. Гутовым – вне конкуренции, конкурировать они могут только между собой, с И. Чубаровым или с Н. Михалковым. На что тогда надеяться? Мих. Лифшиц надеялся на величину невесомую, impondera bilia - вменяемость людей, даже в обстановке борделя. Как ни искусна демагогия журналистов, например, на радио «Русская служба новостей» (один С. Доренко чего стоит!), но слушатели нередко побеждают их, заставляя ведущих либо просто отключать микрофон, либо говорить глупости. Вчера (29 марта), например, целый час на этом радио ведущий (он же сотрудник «Литературной газеты») и его гостья, автор нескольких телефильмов о Ленине, Троцком, революции – обрушили на сознание слушателей поток «несомненных фактов», свидетельствующих, что Ленин – немецкий шпион, а Троцкий – английский, и вместе они выполнили задание своих хозяев, разрушили процветающую Россию. Выяснилось, что Ленин явился в Смольный в окружении переодетых немецких солдат, в Финском заливе его в 1917 году не было, он в это время передавал секретные сведения западным разведкам и получал он них инструкции, а его «Завещание» - фальшивка. В конце передачи позвонила слушательница и тихим голосом попросила прокомментировать результаты реформ  после октября 1917 года, и после 1991-го. Ответ был таков: большевики превратили Россию в сырьевой придаток Запада! Сказав это, автор фильмов о революции и большевизме, по-моему, внутренне поперхнулась – ведь комментариев этот ответ уже не требовал.

Давайте и мы поучимся ставить так вопросы – чтобы манипулятор разоблачал сам себя, а не мы его разоблачали. Я попытался поставить вопрос перед левыми, несущими, на мой взгляд, ответственность за то, что в современном мире побеждают правые. Почему это происходит? Мне представляется, что полученный ответ оказался достаточно выразительным. Кое-какие тени обрели плоть и кровь, и их уже можно брать руками. Так что, в самом деле, без иронии, большое спасибо крайне левому революционному художнику А. Осмоловскому, известному и за рубежом, лауреату престижных художественных премий (одно время он был в контакте с «Альтернативами»), и марксисту-ленинцу (так он сам себя аттестовал на телевидении, если мне не изменяет память, в передаче Гордона), поклоннику и знатоку творчества Мих. Лифшица Д. Гутову. Они потрудились, завершая тот рисунок, контуры которого обозначились при обсуждении доклада на семинаре в Думе.

И еще одно немаловажное обстоятельство обрисовалось в этой дискуссии. Теперь мы можем живо представлять, какие потоки грязи, клеветы и ненависти обрушились на Мих. Лифшица со всех сторон, когда он имел мужество прямо и ясно поставить перед нашей интеллигенцией вопрос о модернизме. Не ставить этого вопроса Лифшиц не мог, ибо речь шла прежде всего – о грядущем фашизме в какой-нибудь невиданной еще форме,  может быть, даже крайне левой, но суть которого всегда одна: управляемый холерный бунт толпы.

http://www.alternativy.ru/ru/node/817

Comments

Add New Search RSS

Write comment

Name: Email:  do not notifynotify Website: Title: UBBCode:         -color-aquablackbluefuchsiagraygreenlimemaroonnavyolivepurpleredsilvertealwhiteyellow -size-tinysmallmediumlargehuge     Please input the anti-spam code that you can read in the image.

Powered by !JoomlaComment 4.0 beta2