|
 Как бы ни пытались правые партии и буржуазные СМИ казаться белыми и пушистыми, но фашистская риторика нет-нет, да и проглянет сквозь предвыборную пудру. Одним из наиболее болезненных вопросов для них всегда была проблема иммигрантов из других стран. Столько же ненависти и необузданных эмоций вызывают у них разве что коммунисты.
Вот и сейчас целый шквал негатива вызвало вступление с 1-го января в силу закона о реадмиссии нелегальных иммигрантов. В частности в Севастополе тягнибоковцы пытались провести 26 декабря так называемый «марш против нелегальной иммиграции», сорванный севастопольскими антифашистами.
По требованию Евросоюза Украина должна будет принимать назад нелегальных иммигрантов, попавших в Европу с ее территории. Для этого в Украине строятся новые лагеря, напоминающие концентрационные, для содержания этих нелегальных иммигрантов. Новостные комментаторы захлебываются в своей ненависти к иммигрантам, говоря о том, что Украина «становится отстойником», обвиняя иммигрантов во всех грехах, во всех проблемах украинского общества, от экономического кризиса до эпидемии гриппа.
Канал «1+1» договорился даже до «етнозлочинності» – врожденной склонности представителей определенных национальностей к совершению преступлений, повторяя тем самым пещерные нацистские предрассудки. Всяческие «fuckельные» шествия возле общежитий иностранных студентов, поджоги палаток торговцев из стран Азии на Шулявском рынке в Киеве, террор, направленный даже против легальных мигрантов и беженцев – все эти факты стали нормой во время правления ющенковской клики.
Националистической буржуазии для оправдания собственного правления необходим образ врага.
Кроме «зловредных» коммунистов, расстреливавших население миллионами вплоть до августа 1991-го года, разрушавших жилые дома, заводы и фабрики, заботливо построенные германскими нацистами и их приспешниками, им необходим еще какой-нибудь «враг», «козел отпущения» – «инородцы», то есть иммигранты. Кто же эти «исчадия ада», приехавшие (ни много ни мало) подрывать нашу державнисть? На деле оказывается – это несколько тысяч беженцев из разоренных империалистическими войнами стран. Как правило – малограмотные, запуганные, неквалифицированные рабочие. Наши коррумпированные правоохранительные органы обычно неплохо кормятся за счет любого вида нелегальной деятельности, а если уж человек сам по себе «нелегал», тут его можно доить на все сто.
Проявляя подобную нетерпимость к иммигрантам, наши буржуазные политики забывают, видимо, что их стараниями около 5 миллионов украинцев на данный момент тоже являются нелегальными иммигрантами в странах Западной Европы.
Каковы же основные претензии к иммигрантам? Они, якобы, отбирают рабочие места у местных. Такова извращенная капиталистическая логика, согласно которой виноват не капиталист, увольняющий одних рабочих и нанимающий более дешевую рабсилу ради увеличения собственных сверхприбылей, а его непосредственная жертва.
Нелегальных иммигрантов обвиняют зачастую в склонности к криминалу, как, впрочем, и наших заробитчан в Европе. Но уже сам по себе нелегальный статус толкает людей без документов в объятия криминальных структур, использующих их под угрозой выдачи властям. Что и говорить о том, что верхушка подобных криминальных структур обычно состоит из местных власть предержащих чиновников и олигархов.
Еще одно обвинение, выдвигаемое правыми: иммигранты, якобы, лентяи и приезжают в благополучные страны (благополучные хотя бы относительно Сомали), чтобы жить на пособие. Но это уже само по себе противоречит первому обвинению – «отбирают работу». Тут достаточно вспомнить недавнюю забастовку нелегалов Нью-Йорка, которая остановила работу всей инфраструктуры огромного мегаполиса. Сами нью-йоркские власти были тогда удивлены, узнав, сколько же там работает нелегалов и насколько именно от них зависит жизнь города.
Один из весьма популярных нынче на Западе левых публицистов Уолден Белло, сам бывший в свое время нелегальным иммигрантом, следующим образом характеризует типичного иммигранта-рабочего: «Возьмем, например, хотя бы меня. Сейчас я вернулся на Филиппины, но до этого, при диктатуре Маркоса, я двадцать лет прожил в политическом изгнании в США. Мне тогда приходилось выживать, работая журналистом, преподавателем, проводить исследования и хвататься за любую подвернувшуюся работу в разных городах США…
Спустя годы работы за границей мы не только родину считаем домом, но и начинаем точно так же относиться и к другой стране, испытывая при этом некоторую любовь к ней, даже если она оказалась и не слишком гостеприимной к нам. Кроме идентичности, сформированной национальностью и местом жительства, существует еще и классовая идентичность, возникающая из осознания общности условий у представителей различных национальностей, чувство принадлежности к интернациональному рабочему классу... Капитализм неолиберальной эпохи уничтожает рабочие места на чьей-то родине и создает их в ином месте, тем самым вынуждая рабочих пускаться в опасное путешествие через границы в поисках рабочих мест...
Большинство рабочих-иммигрантов, вероятно, предпочли бы жить и работать на родине, если бы смогли найти там работу, обеспечивающую им достойный уровень жизни... Людей выталкивают бедность и экономические кризисы, которые имеют отнюдь не естественный характер – они искусственно созданы. С конца 80-х для большинства развивающихся стран основным двигателем, раскручивающим бедность и экономические кризисы, стали структурные изменения, налагаемые МВФ и Всемирным банком, а также торговая либерализация, проводимая ВТО...
На Филиппинах подобные структурные изменения уничтожили промышленную базу всей страны, а вместе с ней и сотни тысяч рабочих мест. Торговая либерализация в рамках ВТО сделала фермерство непривлекательным для крестьян, продукция которых теперь не может конкурировать с субсидируемыми товарами, сваливаемыми по демпинговым ценам США, Европой и иными странами» (Walden Bello, «Migrant condition» – перевод мой).
Капитализм весьма лицемерен. Он стимулирует массовую иммиграцию трудовых ресурсов в области, где требуются дополнительные рабочие руки. Но эти рабочие руки должны быть нелегальными, то есть они не должны иметь каких-либо прав на профсоюзы, на пенсионное и медицинское обеспечение. Несогласному нелегальному рабочему всегда можно влепить депортацию. Периодически его можно терроризировать с помощью местных неонацистов. В идеале каждый капиталист желал бы перевести вообще всех рабочих на нелегальное положение, чтобы воссоздать для них рабские условия труда.
Миллионы нелегальных рабочих необходимо в первую очередь легализовать, тем самым предоставив им равные права в борьбе за достойную оплату труда и человеческие условия жизни. Как пишет тот же Уолден Белло: «Следует откровенно признать одну явную истину: иммигранты в целом оказывают положительное воздействие на экономику и культуру принимающих стран. Необходимо открыто противостоять государственным репрессиям и группам правых популистов, делающих из иммигрантов козлов отпущения. Мы должны потребовать прекратить практику депортации нелегальных иммигрантов и ускорить процесс легализации, предоставляя легальным иммигрантам и их детям все права гражданства и облегчая получение легального статуса нелегальным».
Именно это и пугает больше всего националистическую буржуазию, которой нелегал необходим, но именно в качестве бесправного рабочего. Это же пугает и ультраправых – как показывает опыт европейских стран, многие легализированные рабочие из стран Африки, Азии и Латинской Америки вливаются в левое движение, а наиболее сильные позиции левые партии имеют зачастую в турецких, китайских и арабских кварталах западноевропейских городов. Необходимость противодействовать разгулу неонацистов объединяет в Москве и в Киеве молодых армян и азербайджанцев, грузин и осетин, арабов и евреев, совместными усилиями противостоящих бонхедам на улицах этих городов, позабыв о межнациональной розни.
Киевская антифашистская демонстрация 9-го мая прошлого года собрала вместе и антифа-молодежь города, и африканских студентов, и арабов – торговцев Шулявского рынка. Это и есть пролетарский интернационализм в действии. Ведь у нас у всех общий враг – капитал.
|
