В двадцатом веке много странного. Была, например, «странная война». Почему не может существовать странный социализм?

В настоящее время в организациях социалистической партии Австрии широко обсуждается предварительный проект новой программы этой партии.

Текст этого проекта в конце прошлого года был обнародован венской «Арбейтер цейтунг». Проект составлен комиссией во главе с Бенедиктом Каутским. Он открывается главой «Социализм вчера и сегодня», в которой изложены основания для коренной перестройки идеологии и программы СПА.

Значение этого документа выходит далеко за пределы Австрии. Если английские лейбористы несколько опередили австрийцев, и платформа, принятая ими на съезде в Блэкпуле (1956 год) под названием «Личная свобода», предваряет главный тезис комиссии Каутского, то, с другой стороны, свойство немецкого языка придавать каждой идее более широкий теоретический смысл и, особенно, венский темперамент составителей новой программы СПА выдвигает ее на первое место среди других образцов странного социализма.

Сегодня я прочел, что Федеральная резервная система США открыла новую кредитную линию центральным банкам Мексики, Бразилии, Южной Кореи и Сингапура.

   Предсказатель стремится предсказать будущее, чтобы иметь возможность контролировать его. Он вглядывается внутрь социальной системы, чтобы разгадать предзнаменования, которые убедят ее правителей в сохранности прибылей и в том, что система надежна. В наши дни он, как правило, экономист или бизнес-руководитель. У пророка же, напротив, нет иного интереса в предсказывании будущего, кроме как предупредить людей, что если они не изменят свой образ действий, то у них вряд ли будет какое-нибудь будущее. Он стремится осудить несправедливость настоящего, но не мечтает о неком будущем совершенстве, а так как вы не можете идентифицировать несправедливость без некоторого понятия справедливости, то будущему имплицитно присуще своего рода обвинение.

В представленому нам вигляді планетарна фінансова криза схожа на один із поганих фільмів, зістряпаних фабрикою з виробництва розфасованих блокбастерів, яку ми сьогодні звемо «кінематограф». Все на місці: видовище наростаючої катастрофи, відчуття підвішеності на нитках, як маріонетка, екзотичність ідентичного – джакартська біржа розташована в одній рубриці з Нью-Йорком, діагональ від Москви до Сан-Пауло, скрізь один і той же вогонь пожирає однакові банки. Не кажучи вже про страхітливий сюжет: неможливо уникнути «чорної п’ятниці», все руйнується, все зруйнується…

Непосредственным источником нынешнего кризиса является коллапс ипотечной пирамиды, выстроенной под руководством главы Федерального резерва США Алана Гринспена. В годы правления президента Буша эта пирамида поддержала тонущую экономику: потребительские расходы, опирающиеся на кредит, возрастали наряду с объёмами ссуд, получаемых за рубежом. Очевидно, так не могло продолжаться вечно. Пирамида рухнула, потянув за собой вниз стоимость недвижимости, и до дна ещё далеко. Ценные бумаги, обеспеченные закладными, в свою очередь, служили обеспечением значительной части кредитов; в результате кредиты были заморожены, а перед экономикой замаячила перспектива глубокой депрессии.

Професоре Стігліц, вам страшно?

Не страшно, але доволі тривожно через фінансову кризу. Це надзвичайно ризиковані, небезпечні часи. Для мене це дежавю: я пригадую події десятирічної давнини, коли я працював у Світовому банку, тоді вибухнула криза в Азії. Різниця лише в тому, що тоді постраждали люди в Таїланді й Індонезії, а зараз – американці та європейці. Сьогоднішня криза вчетверо сильніша, ніж та.

Редко когда день действий проводимый профсоюзами, встречался такой отрицательной реакцией в СМИ и боссов, как это произошло в Бельгии. В передовой статье одной из ежедневных газет, писалось: «Подводя итог, забастовки в понедельник, можно сказать, что она ни к чему не приведет и только ухудшит экономическое положение в стране. Все, кроме профсоюзов, это понимают. Может эти люди живут на другой планете».

Организации боссов отказались проявить хоть малейшее «понимание» действий профсоюзов. После объявления о дне действий, лидерами социалистических, христианских и либеральных профсоюзов, боссы начали свое наступление на трудящихся. Карел Ван Этвельд (Karel Van Eetveld) лидер UNIZO, организации боссов и средней буржуазии потребовал увеличить рабочую неделю с 38 часов до 48 часов. Он также одобрил устранение скользящей шкалы заработной платы и заявил профсоюзам о невозможности какого-либо повышения зарплаты.

Тут нужно вспомнить, что всего несколько месяцев назад боссы утверждали, что в Бельгии нет никакой проблемы реального снижения покупательной способности. Нас убеждали, что все это просто нам «кажется», что это психологический вопрос восприятия и «истерия».

Миллионы американских семей встали перед реальной угрозой выселения из своих домов, некоторые из-за того, что не в состоянии оплатить свои закладные, а другие из-за того, что их не могут заплатить домовладельцы. Шериф одного из графств Иллинойса, даже отказался выселять людей. «Возможно одно из самых трудных в нашей работе, это выселение людей на улицу. Нам приходилось выселять людей, вынося их имущество на улицу» – рассказывает шериф графства Cook County Том Дарт (Tom Dart). «Если для закладных фирм это просто листки бумаги, для моих подчиненных это живые люди».

Мы переживаем смутные времена.  Расчеты и прогнозы об исходе неолиберальной глобализации, сделанные двадцать лет назад антиглобалистскими и антисистемными движениями, попали в самую точку. 

Политика приватизации, открытия торговых и финансовых границ, и переброска через них потоков рабочей силы – все это таило в себе гигантский потенциал для эксплуатации и различных махинаций, которые в конечном итоге привели к коллапсу в планетарном масштабе. Другого исхода здесь быть не могло.

Однако неолиберальные экономисты, как ни странно, опять выглядят так, словно их застали врасплох, и пытаются объяснить всемирную катастрофу традиционными библейскими грехами - жадностью и скупостью.