Сегодня я прочел, что Федеральная резервная система США открыла новую кредитную линию центральным банкам Мексики, Бразилии, Южной Кореи и Сингапура.

В череде удивительных выборов, прошедших в Южной Америке за последние пять лет, наиболее радикальными были результаты Боливии, где президентом избрали Эво Моралеса. И не потому, что наиболее радикальной была его платформа, а потому, что здесь, в стране, где большую часть населения составляют коренные жители, их представитель стал президентом впервые. Это само по себе уже явилось своеобразной социальной революцией и не очень-то понравилось потомкам европейских иммигрантов, которые всегда контролировали страну.

Когда избрали Моралеса, основным вопросом было, сможет ли он продержаться на посту или боливийские правые, возможно в сговоре с вооруженными силами, его свергнут. И сейчас стало очевидно, что смог.

Программа Моралеса включала три основных элемента. Национальный доход Боливии сегодня – это, в основном, экспорт природного газа, преимущественно в Бразилию и Аргентину. Запасы его находятся в так называемых провинциях «полумесяца» на востоке – это территории с самым низким процентом коренного населения. Большинство здесь составляют потомки европейцев. До прихода Моралеса к власти цены, по которым продавался местный газ, были смехотворно низкими. И практически все поступающие средства оставались у правительств восточных провинций.

Журналист, писатель и переводчик Олег Ясинский хорошо известен российской и постсоветской левой. Урожденный киевлянин, постоянно проживающий в Сантьяго-де-Чили, он познакомил русскоязычного читателя с сапатистским Чьяпасом. В этой беседе Олег Ясинский объясняет важные социально-политические и экономические процессы, происходящие сегодня на Латиноамериканском континенте.

Олег, в современной России, и, в особенности, в ее левых кругах, существует весьма оптимистичное представление о том, что в последние годы Латинская Америка является сегодня «левым» континентом. Насколько верно это расхожее, но не очень обоснованное мнение?

Если сравнивать Латинскую Америку с идейно разреженным постсоветским пространством, то политический пейзаж, несомненно, значительно "левее". В то же время, необходимо учитывать, что сегодняшняя задача большинства латиноамериканских левых – не социалистическая революция, а достижение большей степени национальной независимости своих стран, и на этом пути далеко не только традиционные "левые" могут быть союзниками. Тем более, что многие из так называемых "левых" оставили свою левизну и революционность в героическом прошлом. Однако, сегодняшняя Латинская Америка, несомненно, более независимый от США регион, чем десять лет назад.

Cегодня, как и 500 лет назад, зеленые холмы берегов реки Тауаману стали местом охоты человека на человека. Жертвы, пытаясь укрыться от пуль, прыгали в воду и пытались доплыть до другого берега. Загонщики с бразильским акцентом подсказывали друг другу: - Смотри, там еще индейцы... не дай им уйти! Загонявшие индейцев охотники с югославскими и немецкими фамилиями кричали: - Гитлер убивал евреев, потому что не знал, что есть койя!

Сначала сводки новостей говорили о 4 убитых, потом о 8, потом о 12, потом о 20, потом о 60. Больше сотни до сих пор считаются «пропавшими без вести». Сегодня, когда в этих местах до сих пор хозяйничают вооруженые фашисты, становится ясно, что жертв наверняка гораздо больше. Родствеников погибших, пытающихся найти их тела на зеленых холмах и в желтых водах Тауаману, встречают пулями.

В Латинской Америке, если не считать Кубы, можно выделить три группы правительств. Первая группа — правые, союзники Вашингтона, которые играют активную роль в регионе и занимают стратегическое положение: это правительство Альваро Урибе в Колумбии, Алана Гарсиа в Перу и Фелипе Кальдерона в Мексике.

Вторая группа — мнимые «левые», которые осуществляют неолиберальную политику и поддерживают в своих программах национальную или региональную буржуазию. В этом лагере правительства Бразилии, Уругвая, Чили, Никарагуа и правительство Кристины Фернандес Киршнер от аргентинских перонистов. Они проводят неолиберальную политику, прикрытую некоторыми социальными мерами, которые, на поверку, оказываются лишь мелкими подачками. В Бразилии бедные семьи получают правительственную помощь, что обеспечивает ему широкую поддержку в беднейшем регионе страны – несмотря на целый ряд мер в пользу капитала.

9-ого сентября, боливийская олигархия перешла в наступление. В Санта-Крузе фашистские банды Union Juvenil Cruceñista (UJC) захватили целый ряд общественных зданий. Сперва они ворвались и разгромили офисы Servicio Nacional de Impuestos (Налоговая служба), после они заняли здание недавно национализированной телекоммуникационной компании ENTEL, которое также было разграблено, также они разгромили офисы Национального Аграрного Института Реформы (INRA). Фашисты завязали бои с полицией и армией, которой было строго запрещено использовать оружие против погромщиков.

Началась эта история в далёком 1974 году, когда народ маленького острова Гренада в Карибском бассейне освободился наконец от британского колониального ига. Но эйфория свободы длилась недолго. Реформы первого премьер-министра острова адвоката Эрика Мэтью Гэйри, проводимые по хорошо известному нам западному образцу, в считанные месяцы довели страну до ручки. Гигантская пропасть между богатыми и бедными, коррупция как главный двигатель экономики, произвол чиновников и прочие прелести не вызывали восторгов в народе и вскоре на арену политической борьбы вышла левая оппозиция. Возглавил её юрист Морис Бишоп. Чтобы удержать власть, премьер Гэйри создал эскадроны смерти. На совести диктатора остались десятки убитых, в том числе отец Бишопа, Руперт.