Говорят, если смотреть на Европу из космоса, она кажется желтой – под цвет рапса, из которого массово производят биодизель и биоэтанол. Путешествуя на поезде или автомобиле, можно подумать, что мы живем посреди большого рапсового поля. Оно начинается в Украине и тянется в Румынию, Венгрию, Польшу и дальше на запад – в Австрию и Италию, где состоялся специальный саммит ООН, посвященный «проблеме глобального продовольственного кризиса». Так – стыдливо и политкорректно – заменяют сегодня страшное слово: «голод».

До того как весть о победе в Непале партии, имеющей в своем названии «страшные» слова коммунистическая и маоистская, облетела украинские СМИ, большинство наших сограждан знали про Непал разве что пошленький анекдот про то, что гражданин Непала зачат не-палкой и не-пальцем.

В то же время, смена власти в Катманду окажет непосредственное влияние на две страны, задающие тон в современной экономике и политике – Китай и Индию, а через них и на весь мир. В истории не раз маленькие страны играли очень большую роль – вспомним влияние маленькой Кубы на Латинскую Америку, или значение Палестины для Ближнего Востока, или смысл событий вокруг Косова для старой Европы.

Медиа без устали подбрасывают нам те или иные истории, и сюжет о Тибете, как правило, видится в этом - и только в этом - сиюминутном контексте. Китайская Народная Республика, незаконно оккупирующая Тибет с 1949 года, на протяжении десятилетий ведет политику жестокого систематического уничтожения не только тибетской религии, но и самих тибетцев. Недавние протесты тибетцев против китайской оккупации снова были подавлены при помощи военной силы. Поскольку в 2008 году на территории Китая должны пройти Олимпийские игры, все мы - люди доброй воли, почитающие демократию и свободу, - должны оказать давление на Китай, дабы заставить его вернуть тибетцам то, что было у них украдено. Мы не можем позволить стране, где бесцеремонно нарушаются права человека, использовать столь благородное зрелище, как Олимпийские игры, для отмывания своего имиджа. Как поступят в сложившейся ситуации наши правительства? Как всегда, подчинятся диктату прагматических соображений или, собрав волю в кулак, поставят этические и политические ценности выше конъюнктурных экономических интересов?

Украинские прогрессивные силы уже почти месяц занимаются бескомпромиссной борьбой за светлое будущее Тибета, кислород которому перекрывает китайский «кровавый гебизм». То есть эта священная война длится долгие годы – с тех самых пор, как моду на нее у нас позаимствовали у западных товарищей, творчески сочетая ее с Рерихом, Блаватской, «западным буддизмом» и другими проявлениями постсоветской духовности. Между тем, следовало бы для начала задаться вопросом, кто, зачем и как именно должен «Free Tibet»?