Теракты 11 сентября 2001 года с новой силой укрепили теории, отдающие первенство «культуре» как способу объяснения мира. Согласно этим теориям, конфликты определяются не социальным, политическим или экономическим причинами, а принадлежностью к большим культурным ареалам, борющимся за установление своей гегемонии.

В марте 1985 года, ровно 25 лет назад, Пленум ЦК КПСС избрал своим генеральным секретарем Михаила Горбачева. Вряд ли кто-то из левых сегодня скажет доброе слово о личности последнего генсека. А уж поклонники политической линии Горбачева и вовсе стали экзотикой и курьезом. Все понимают, что Горбачев предал социализм, – то дело, за которое выступал на словах.

Однако, дело состоит не в личных качествах Горбачева, и не в акте его предательства. Здесь уместно напомнить слова Фридриха Энгельса: «когда приступаешь к выяснению причин успеха контрреволюции, то повсюду наталкиваешься на готовый ответ, будто дело в господине А или в гражданине Б, которые «предали» народ. Этот ответ, смотря по обстоятельствам, может быть правильным или нет, но ни при каких обстоятельствах он ничего не объясняет, не показывает даже, как могло случиться, что «народ» позволил себя предать. И печальна же будущность политической партии, если весь ее капитал заключается в знании только того факта, что гражданин имярек не заслуживает доверия».

27 января 2010 года  — в один день  со смертью Джерома Дэвида Сэлинджера, автора романа «Над  пропастью во ржи» и повестей  о Глассах, — от нас ушел Говард Зинн (Howard Zinn), американский  историк-анархист, драматург и общественный деятель. Выходец из рабочего класса, продолжавший уже в качестве признанного радикального интеллектуала борьбу за права трудящихся. Как и властитель дум нонконформистской молодежи Сэлинджер, Говард Зинн является знаковой фигурой для левого движения в Соединенных Штатах и в остальном мире. Он совершил революцию в написании истории своей страны, дав широкое и комплексное ее изложение с точки зрения не эксплуататоров, а народа. «Мне не удается припомнить никого, кто бы оказал столь сильное влияние. Его труды по истории изменили взгляд миллионов на прошлое», — отмечает Ноам Хомский.